На главную Почта Архив
     
 
http://www.vstoneft.ru
  Маршрут-новости
  Маршрут-мнения
  Маршрут-аналитика
  Маршрут-картография
  Маршрут-фото
  Маршрут-видео
 

версия для печати

Keystone: козырь в политической борьбе

Анна Анненкова

В январе 2012 г. администрация США приняла решение заморозить строительство нефтепровода Keystone XL (KXL) из Канады в США. Трубопровод должен был соединить канадскую провинцию Альберта с побережьем Мексиканского залива в штате Техас. Американские экологи приветствовали такой поворот событий, однако говорить об их полной победе над нефтяниками ещё рано, ведь за решением администрации США может стоять стремление использовать приостановку строительства KXL как козырь в избирательной кампании осенних выборов президента.

KXL является расширением уже существующего нефтепровода Keystone Pipeline, который идёт из Канады в несколько штатов США (Иллинойс, Оклахома), а также имеет ответвление на Техас. Протяжённость Keystone Pipeline составляет 3,45 тыс. км. Трубопровод состоит из двух сегментов: сам Кейстоун (Keystone Pipeline, 2,97 тыс. км) и его расширение (Keystone Cushing Extension, 480 км), а также два дополнительных сегмента – Keystone XL pipeline (KXL) (см. Pic1.jpg).
 
 
Протяжённость нефтепровода KXL составляет 2,67 тыс. км, из которых 780 км приходится на сегмент №3 (Keystone Cushing Market Link) и 1,89 тыс. км – на сегмент №4 (Keystone XL), который в свою очередь состоит из канадской части (526 км) и американской (1371 км). Нефтепровод должен идти через шесть американских штатов, кроме того к нему могут быть подключены нефтяные области в Северной Дакоте и Монтане (из этих двух штатов нефтепровод сможет забирать по 100 тыс. баррелей в день).
 
Первоначально пропускная способность нефтепровода Keystone Pipeline составляла 21,7 млн. тонн в год, но впоследствии она была увеличена до 29,5 млн. тонн. При этом проект KXL добавит ещё 25,5 млн. тонн, увеличив общую мощность до 55 млн. тонн. Стоимость строительства Keystone Pipeline составила $5,2 млрд., стоимость KXL ожидается в размере $7 млрд.
 
 
Нефть против воды
 
Судьба проекта Keystone была нелёгкой с самого начала. Так, в 2005 г. канадская корпорация TransCanada предложила проект нефтепровода из Канады в США. Но осенью 2007 г. канадский профсоюз потребовал у федеральных властей заблокировать проект, поскольку, по заявлению членов профсоюза, «он работает на американский рынок, предоставляет мало рабочих мест канадцам, уменьшает энергетическую безопасность Канады и затрудняет ей создание новых рабочих мест». Тем не менее, Национальный Совет по энергетике Канады одобрил строительство, выразила согласие и американская сторона. В результате после технических согласований в 2008 г. строительство всё же началось, и в июне 2010 г. произошёл ввод в эксплуатацию первой фазы нефтепровода, а в феврале 2011 г. – второй.
 
Что же касается KXL, то идея его строительства возникла в 2008 г., одобрение у Национального Совета по энергетике Канады проект получил весной 2010 г. Но уже через несколько месяцев начались проблемы – Агентство по охране природы США сообщило, что результаты расчётов по воздействию KXL на окружающую среду не учитывают многих факторов и должны быть пересмотрены. В частности, подчёркивалось, что в проекте слабо отражены меры защиты прилегающих территорий в случае аварии на трубопроводе. После этого последовала доработка проекта, и в окончательном докладе по воздействию KXL на окружающую среду, опубликованном в апреле 2011 г., сообщалось, что проект не представляет серьёзной угрозы природе в случае выполнения всех условий по защите окружающей среды. При этом отмечалось, что нефтепровод может нанести существенный вред отдельным сельхозугодиям.
 
И казалось, что путь к строительству KXL открыт, но здесь ложку дёгтя добавил его «старший брат». Дело в том, что нефтепровод Keystone Pipeline, начавший работать с июня 2010 г., только за первый год работы прорывался 12 раз – при этом компания TransCanada предсказывала не более 1 утечки в 7 лет. И если сначала это были «чисто символические» утечки (несколько десятков литров нефти), то 7 мая 2011 года в Брамптоне (Северная Дакота) вылилось почти 70 тонн тяжёлой нефти – столько не проливалось в однолетних трубопроводах США ни разу.
 
К тому же если по оценке TransCanada, KXL за 50 лет службы ждёт порядка 11 серьёзных утечек, то по оценкам экспертов из Центра по изучению воды Университета Небраски, более реалистична цифра в 91 (в данном случае серьёзной считалась утечка от 7 тонн нефти). Да и у всех в памяти ещё был свеж случай с канадской компанией Enbridge Energy, когда в июле 2010 г. в результате взрыва на её нефтепроводе в реку Каламазу, впадающую в озеро Мичиган, попало более 2,5 тыс. тонн нефти. Это стало одной из крупнейших природных катастроф США – очистительные и восстановительные работы ведутся до сих пор.
 
Так что майская авария на Keystone Pipeline послужила катализатором общественного недовольства по поводу KXL, и летом и осенью 2011 г. в нескольких городах (в том числе в Вашингтоне) прошли многотысячные митинги протеста против строительства этого трубопровода. Ведь по проекту нефтепровод пройдёт по обширным заболоченным территориям Сандхиллз (Sandhills) в штате Небраска, а также по территории 800-мильного водоносного слоя Огаллала (Ogallala Aquifer), который является важным источником воды для США – из него берут воду восемь штатов (см. Pic2.jpg). Соответственно, серьёзная утечка не только испортит питьевую воду для 2 млн. человек, но и разрушит региональное сельское хозяйство, что приведёт к ущербу в $20 млрд.
 
 
В своих требованиях общественность подчёркивала не только серьёзность экологических рисков проекта, но и то, что сам же президент Барак Обама в 2008 г. призывал граждан США «стать поколением, которое наконец-то избавит Америку от тирании нефти». Таким образом, ситуация с KXL как бы становилась тестом для США, показывающим, насколько страна действительно готова «ускоренными шагами двигаться в сторону альтернативной энергетики».
 
Но большой капитал заинтересован в проекте – а это значит, что проект будет продвигаться. Об этом свидетельствовал и анонимный опрос «нефтяных инсайдеров», проведенный Национальным журналом США. В ноябре 2011 г. Б.Обама отложил решение вопроса по KXL до первого квартала 2013 г. И с ноября прошлого года TransCanada занимается разработкой альтернативного маршрута.
 
На настоящий момент компания предложила уже 14 альтернативных проектов (см. Pic3.jpg). Изначально фигурировало три основных направления: севернее Небраски с подключением нефтепровода к уже существующему Keystone Pipeline в районе Южной Дакоты (I-90 Corridor Alternatives A and B), параллельно существующему Keystone Pipeline (Keystone Corridor Alternatives 1 and 2) или вообще западнее Небраски (Western Alternative). Но «западный» вариант был признан финансово несостоятельным, и от него отказались. По соображениям финансов или технологий не прошли и некоторые другие маршруты.
 
 
Непосредственно через Небраску идут восемь маршрутов, из них один полностью исключает заход на территории Сандхиллз и Огаллала, и шесть по минимуму заходят либо на Сандхиллз, либо на Огаллалу. Но проблема в том, что даже те, что затрагивают данные территории по минимуму, всё равно заходят на земли водоносного горизонта Высоких равнин. Да и в целом альтернативные маршруты вследствие увеличения своей протяжённости затронут большее количество земель и пересекут большее количество водных объектов. Так что риски в данном случае просто переносятся с одних территорий на другие.
 
«Подождём до понедельника»
 
Конечно, на решение Б.Обамы повлияла идущая в стране президентская кампания. Во-первых, это голоса «зеленых», которые традиционно поддерживают демократов. Во-вторых, это ответ на угрозы некоторых спонсоров прекратить перечисление пожертвований на кампанию в случае невмешательства президента в дело KXL. Естественно, республиканцы отреагировали в духе того, что «президент поставил соображения политической борьбы выше трезвой государственной политики».
 
Что же действительно даёт и отнимает KXL? С одной стороны, новый нефтепровод принесёт большие прибыли нефтяникам, создаст новые рабочие места и частично покроет поставки «чёрного золота» из стран Персидского залива, а значит, повысит энергетическую безопасность США. К тому же в настоящий момент растёт нефтедобыча в штатах Оклахома, Техас, Северная Дакота и Монтана, но у производителей нет доступа к транспортным мощностям с достаточной пропускной способностью для отправки сырья на крупные рынки побережья Мексиканского залива. Со своей стороны, НПЗ залива получат доступ к более дешевому «региональному» сырью и избавятся от необходимости платить премию иностранным производителям нефти.
 
Кроме того, сторонники KXL указывают и на следующий момент. Поскольку Канада заинтересована в диверсификации поставок (в настоящее время канадский нефтяной экспорт почти полностью идёт в США), то сейчас она подумывает над строительством нефтепровода к своему западному побережью для начала продажи нефти в страны Азии (см. Pic4.jpg). А это значит, что главный в настоящий момент противник США – Китай – получит лишний энергетический козырь. И Канада уже выразила свою позицию – в случае отказа американцев от KXL «китайское» направление становится для канадцев приоритетным.
 
 
С другой стороны – США получают в нагрузку к KXL риск экологических проблем. Причём в случае серьёзной аварии крупные потери понесут не только природные экосистемы, но и государственный бюджет вследствие уменьшения в среднесрочной перспективе рабочих мест в сельском хозяйстве. Да и в целом вряд ли американцы получат заявленные компанией TransCanada 20 тыс. новых рабочих мест – по независимым оценкам эта цифра не превысит 5 тыс. К тому же, по словам представителей Национального агентства США по охране окружающей среды, KXL «подрывает положение американской экономики как экономики чистой энергии». Ведь если США увеличат импорт нефти из Канады, тем самым уменьшив его из стран других континентов (прежде всего, стран Персидского залива, а также Венесуэлы), это снизит мировые цены на нефть – а значит, уменьшит и так невысокую рентабельность технологий на основе ВИЭ. Да и угроза Канады о передаче приоритета «китайскому» направлению при более тщательном анализе перестаёт быть плюсом для KXL – исследование, проведенное сотрудниками Корнельского Университета, показало, что Канада в любом случае постарается диверсифицировать свои поставки «чёрного золота», и независимо от нефтепровода KXL будет продавать нефть в Азию. Так что США, даже построив данный трубопровод, всё равно не смогут заключить все потоки канадской нефти на себя.
 
Таким образом, Keystone XL представляет собой целый клубок проблем и возможностей. И смогут ли американцы распутать его, мы узнаем не раньше следующего года. А пока, возможно, им стоит изучить российский опыт строительства аналогичного по сложности объекта ВСТО.
 
ВСТО - «старший брат» Keystone XL
  
Напомним, что при проектировании российского «брата» Keystone XL нефтепровода «Восточная Сибирь – Тихий океан» строители также столкнулись с экологическими протестами. В результате 26 апреля 2006 года на совещании в Томске президент РФ обозначил на карте другой маршрут нефтепровода – как минимум в 40 км от озера. В итоге маршрут был окончательно утверждён, и уже 28 апреля началось строительство.
 
В декабре 2009 г. была запущена первая очередь ВСТО (см. Pic5.jpg), а 9 сентября 2011 года в Приморском крае был сварен завершающий стык линейной части второй очереди трубопроводной системы. Запуск ВСТО-2 запланирован на декабрь 2012 года.
 
 
Не смотря на два года работы ВСТО-1, в СМИ периодически появляются сообщения неких экологических организаций, пытающих дестабилизировать обстановку вокруг проекта. Наиболее ярко это проявляется в ходе предвыборных кампаний.
 
У российского и американского нефтепроводов есть сходства, но много и отличий. Оба маршрута – большой протяженности, однако ВСТО в два раза длиннее. Трасса Keystone XL должна пройти по сложным для строительства участкам. Строители ВСТО также столкнулись с суровыми климатическими и природными условиями при прокладке трубы. Кроме того, для реализации российского проекта потребовалось одновременно возводить инфраструктурные объекты, в большинстве регионов практически с нуля.
 
Таким образом, мы видим массу сходства между проектами Keystone XL и ВСТО: магистральные нефтепроводы большой мощности, сложные геологические условия на пути следования, активное сопротивление общественности маршрутам, волевое решение главы государства.
 
Российская карта в американской игре
 
Что же касается перспектив российской нефти ESPO на американском рынке, то картина просматривается следующая. В случае строительства KXL канадская нефть пойдёт в США, что, соответственно, уменьшит спрос штатов на «чёрное золото» других поставщиков. И в этом случае у России не так много шансов получить более-менее существенную долю на заокеанском рынке. Но если США примут решение отказаться от KXL, то канадская нефть пойдёт на азиатские рынки. И тогда у ESPO появляется шанс занять свою нишу на рынке Америки. Так что России в данном противоборстве экологов и нефтяников целесообразнее поддерживать сторонников отказа от нового рискованного трубопровода. Это выгодно как с «природоохранной» точки зрения, так и с экономической.

Анна Анненкова - старший специалист аналитического отдела ИК «Баррель»

11.04.12

О проекте | Контакты | Архив | На главную
© Экспертный портал "Восточный нефтепровод". Все права защищены